КС выявил пробел в порядке исчисления сроков давности привлечения к административной ответственности
Один из экспертов отметил, что на данный момент готовится проект нового КоАП РФ и важно, чтобы законодатель успел учесть в нем разъяснения, данные Конституционным Судом. По словам другого, рассмотренный КС вопрос имеет огромную практическую значимость, поскольку срок давности подлежит установлению абсолютно в каждом деле. Третий указал, что постановление в очередной раз подчеркивает особую роль КС РФ не только в толковании права, но и в прямом правовом регулировании правоотношений. Четвертая считает, что произвольное определение дня, с которого начинает исчисляться срок давности, влияет на судьбу привлекаемого к ответственности лица.
17 мая Конституционный Суд РФ вынес Постановление № 19-П, в котором признал ч. 1 ст. 4.5 КоАП РФ, регламентирующую вопрос давности привлечения к административной ответственности, не соответствующей Конституции.
Попытка оспорить привлечение к административной ответственности
22 декабря 2020 г.
В соответствии с абз. 4 ст. 2 Закона о безопасности дорожного движения и абз. 15 п. 1.2 ПДД инцидент был квалифицирован как ДТП, произошедшее по вине Ольги Мельниковой. Постановлением мирового судьи от 22 марта 2021 г. женщина была признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ, поскольку она покинула место ДТП. Ей было назначено административное наказание в виде лишения права управления ТС сроком на один год.
Не согласившись с этим, Ольга Мельникова оспорила его, указав среди прочего, что судебный акт был вынесен по истечении срока давности привлечения к административной ответственности. Однако районный суд
оставил постановление мирового судьи без изменения.
В связи с этим Ольга Мельникова обратилась с жалобой в Конституционный Суд, в которой указала, что срок давности привлечения к административной ответственности подлежит, как это непосредственно следует из ч. 1 ст. 4.5 КоАП РФ, исчислению со дня совершения административного правонарушения. Вопреки этому суды, рассматривавшие дело, по ее мнению, ошибочно исчислили его со дня, следующего за днем совершения административного правонарушения, в результате чего она была привлечена к административной ответственности по истечении трех месяцев и одного дня с момента инцидента, то есть за пределами установленного срока давности.
Таким образом, заявительница просила признать оспариваемое законоположение не соответствующим Конституции РФ, поскольку оно содержит неопределенность в вопросе об исчислении срока давности привлечения к административной ответственности, не позволяющую однозначно установить, с какого дня должно начинаться исчисление данного срока и, соответственно, в какой день он должен считаться истекшим.
КС проанализировал толкование и применение оспариваемой нормы
Изучив материалы дела, Конституционный Суд заметил, что истечение срока давности привлечения к административной ответственности является одним из обстоятельств, исключающих возбуждение производства по конкретному делу об административном правонарушении или влекущих его прекращение. Он подчеркнул, что, закрепляя сроки давности привлечения к административной ответственности и правила их исчисления, компетентные органы законодательной власти обязаны проявлять надлежащую заботу о качестве устанавливаемых ими правовых норм, с тем чтобы исключить их неоднозначную интерпретацию в правоприменительной практике (постановления от 16 октября 2020 г.
Читайте также
КС признал конституционными нормы КоАП о нарушении порядков и правил обеспечения транспортной безопасности
Суд также пояснил порядок исчисления срока давности привлечения к ответственности за непредставление результатов оценки уязвимости транспортных средств или разработанных планов, установленных законодательством об обеспечении транспортной безопасности
26 июля 2021 Новости
КС указал: ч. 1–4 ст. 4.5 КоАП РФ предусматривают, что днем, с которого должен исчисляться срок давности, является по общему правилу день совершения (обнаружения) административного правонарушения. По истечении срока, отсчитываемого именно с этого дня, производство по делу об административном правонарушении исключается, вследствие чего оно не может быть начато, а начатое должно быть прекращено. Данный подход не опровергается ч. 1 ст. 4.8 «Исчисление сроков» КоАП РФ, согласно которой течение срока начинается на следующий день после календарной даты или наступления события, которыми определено начало срока.
В силу прямого указания, содержащегося в примечании к этой статье, ее положения не подлежат применению, если другими статьями названного Кодекса установлен иной порядок исчисления сроков, а также при исчислении сроков административных наказаний. Как указал Суд, системный анализ взаимосвязанных предписаний, предусмотренных ч. 1 ст. 4.5, ч. 1 ст. 4.8 КоАП, свидетельствует о том, что их совместная интерпретация, по сути, означает: данный срок должен начинать исчисляться со дня совершения (обнаружения) административного правонарушения.
Вместе с тем, заметил КС, такое понимание правил исчисления срока давности привлечения к административной ответственности не находит поддержки у Верховного Суда. Так, в абз. 2 п. 14 Постановления Пленума № 5 разъяснено, что срок давности привлечения к ответственности должен исчисляться по общим правилам исчисления сроков – со дня, следующего за днем совершения административного правонарушения (за днем обнаружения правонарушения). Согласно правовой позиции ВС РФ, в зависимости от категории административного правонарушения (оконченное или длящееся) или его объективной стороны (действия или бездействие) допускается возможность по-разному определять начало исчисления срока давности привлечения к административной ответственности.
Изучение судебной практики, складывающейся в связи с применением административной ответственности, свидетельствует, что она – даже после издания Постановления Пленума № 5 – не отличается устоявшимся единообразием в указанном вопросе определения начала исчисления срока давности, добавил КС. Он пояснил, что при привлечении физических и юридических лиц к данному виду публично-правовой ответственности не исключается произвольное определение дня, с которого начинается исчисление указанных сроков.
Читайте также
ВС поставил точку в споре о сроках давности привлечения к уголовной ответственности
Суд занял принципиальную позицию вопреки обвинению
17 сентября 2021 Мнения
Анализируя существующие в административно-юрисдикционной деятельности подходы к исчислению сроков давности привлечения к административной ответственности, Суд обратился к правилам исчисления сроков давности привлечения к уголовной ответственности. Он пояснил, что данные виды ответственности, являясь самостоятельными правовыми инструментами, предназначенными для борьбы с теми или иными правонарушениями, обладающими общественной опасностью, имеют схожие задачи, базируются на рядоположенных принципах, преследуют общую цель защиты прав и свобод человека и гражданина, обеспечения законности и правопорядка и, по сути, во многом дополняют друг друга.
КС указал, что в соответствии с ч. 2 ст. 78 «Освобождение от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности» УК РФ сроки давности привлечения к уголовной ответственности так же, как это предусмотрено оспариваемым законоположением в отношении административной ответственности, подлежат исчислению со дня совершения преступления.
Тем не менее ВС РФ придерживается отличающегося от интерпретации ч. 1 ст. 4.5 КоАП РФ подхода к разъяснению порядка исчисления сроков давности привлечения к уголовной ответственности, подчеркнул КС. Так, в п. 18 Постановления Пленума ВС РФ от 27 июня 2013 г. № 19 указано, что сроки давности привлечения к уголовной ответственности оканчиваются по истечении последнего дня последнего года соответствующего периода; при этом не имеет значения, приходится ли окончание сроков давности на рабочий, выходной или праздничный день.
Различный подход судов к определению дня, с которого должно начинаться исчисление сроков давности привлечения к административной и уголовной ответственности, особенно применительно к так называемым составам преступлений с административной преюдицией, – притом что ч. 1 ст. 4.5 КоАП и ч. 2 ст. 78 УК содержат в его отношении, по сути, идентичные формулировки, – отступает от конституционных принципов правовой справедливости и юридического равенства, заметил Конституционный Суд.
Читайте также
КС не стал рассматривать жалобу на сроки привлечения ИП к административной ответственности
При этом Суд посчитал, что, несмотря на особенности рассматриваемых арбитражными судами и судами общей юрисдикции споров, законодатель может унифицировать процессуальные правила пересмотра постановлений и решений по делам об административных правонарушениях, предусмотрев для судов единый порядок действий
13 декабря 2021 Новости
Обращаясь к Определению от 11 ноября 2021 г. № 2356-О, он пояснил, что судами общей юрисдикции и арбитражными судами допускается дифференцированное толкование условий прекращения течения сроков давности привлечения к административной ответственности. Такое толкование детерминировано существенной спецификой законодательного регулирования производства по делам об административных правонарушениях, предопределенной непосредственно правилами (нормами), установленными КоАП и АПК.
Когда толкование нормы права официальными актами государственных, в том числе судебных, органов не устраняет неясность правового регулирования, при решении вопроса о том, какой из различных вариантов интерпретации нормы предпочтителен для определения прав и обязанностей участников соответствующих правоотношений, необходимо руководствоваться конституционными принципами равенства и справедливости.
Можно также руководствоваться требованиями формальной определенности правовых норм, с тем чтобы избежать отступления от универсальных начал законодательного регулирования и правоприменения, заключил КС. Вместе с тем он обратил внимание, что, если взаимоисключающие варианты толкования одной и той же нормы оказываются не лишенными разумного юридического обоснования, а единая судебная практика применения такой нормы не сформирована, уяснить ее подлинное содержание даже с помощью обращения к конституционным целям и принципам удается не всегда.
Суд обязал законодателя устранить выявленную неопределенность
По мнению КС, в такой ситуации наиболее корректным или даже единственно возможным способом выявления реального содержания и значения установленного законодателем правового регулирования является законодательное уточнение нормативных положений, неясность (неоднозначность) которых создает серьезные препятствия для полноценного обеспечения равенства перед законом и судом в процессе их применения.
Читайте также
КС: Наличие двух обоснованных, но противоречивых вариантов толкования нормы – повод признать ее неконституционной
Конституционный Суд указал, что в такой ситуации законодательное уточнение нормативных положений является едва ли не единственным вариантом устранения неопределенности
04 апреля 2018 Новости
Неоднозначность, неясность, недосказанность и противоречивость правового регулирования, неустранимая даже с помощью разъяснений, данных Верховным Судом РФ, неизбежно препятствует адекватному уяснению установленных законом правил. Такая неопределенность допускает возможность неограниченного усмотрения публичной власти в процессе их применения, создает предпосылки для административного произвола и избирательного правосудия, чем ослабляет гарантии защиты конституционных прав и свобод человека и гражданина, убежден Конституционный Суд.
Он указал, что выявления в действующем законодательстве одного лишь нарушения требования определенности правовой нормы вполне может быть достаточно для признания такой нормы неконституционной (постановления КС РФ от 30 марта 2018 г.
№ 14-П, от 16 октября 2020 г. № 42-П, от 1 февраля 2022 г. № 4-П и др.)
Суд пояснил, что отсутствие в оспариваемом законоположении определенности в отношении дня, начиная с которого надлежит исчислять срок давности привлечения к административной ответственности, влечет за собой отсутствие необходимого единства в правоприменении, не поддающееся исправлению посредством юридического, в том числе конституционно-правового, истолкования. Это неизбежно вступает в противоречие с конституционными принципами правового государства, верховенства права и равенства всех перед законом и судом.
Таким образом, Конституционный Суд признал оспариваемую норму не соответствующей Конституции РФ в той мере, в какой в системе действующего правового регулирования неопределенность ее нормативного содержания порождает неоднозначное решение вопроса о дне, начиная с которого должен исчисляться срок давности привлечения к административной ответственности за совершение перечисленных в ней административных правонарушений.
Данная норма допускает произвольное определение в качестве такого дня как дня совершения административного правонарушения, так и дня, следующего за днем совершения административного правонарушения.
КС отметил, что немедленное прекращение действия оспариваемой нормы может серьезно осложнить применение законодательства об административных правонарушениях. В связи с этим Суд обязал федерального законодателя незамедлительно принять меры по устранению неопределенности нормативного содержания ч. 1 ст. 4.5 КоАП РФ в вопросе о том, начиная с какого дня должен исчисляться предусмотренный ею срок давности привлечения к административной ответственности.
До внесения в законодательство соответствующих изменений исчисление срока давности должно осуществляться начиная со дня совершения административного правонарушения. Также КС постановил, что правоприменительные решения по делу Ольги Мельниковой подлежат пересмотру в установленном порядке.
Эксперты «АГ» прокомментировали позицию КС
Адвокат АП г.
Москвы Артем Чумаков согласен с тем, что дело заявительницы было признано заслуживающим внимания КС РФ, поскольку благодаря этому был выявлен конституционно-правовой смысл спорного законоположения. Он отметил, что на данный момент готовится проект нового КоАП РФ, и он выразил надежду, что законодатель успеет исполнить, учесть разъяснения КС РФ, поскольку вопрос о сроках давности привлечения в административной ответственности очень важен. «Отрадно, что КС признал: все неустранимые сомнения в публичном праве должны толковаться в пользу гражданина или юридического лица, то есть сторон более слабых во властном правоотношении. Несмотря на то что данное разъяснение является истиной и “доктриной”, наши суды часто забывают об этом», – прокомментировал Артем Чумаков.
Читайте также
Проект нового КоАП представлен для повторного обсуждения
В документ, в частности, предлагается ввести новое положение о предоставлении лицам, подвергшимся административному аресту, бесплатной квалифицированной юридической помощи
02 июня 2020 Новости
Эксперт подчеркнул, что Конституционным Судом была проявлена скрупулезность и детальность при рассмотрении жалобы, и выразил надежду на то, что обращения и заявления в КС будут и впредь рассматриваться с такой же тщательностью.
Он пояснил, что аналогичные актуальные сложные вопросы неоднократно ставятся перед КС. «Например, вопрос о разграничении состава мошенничества с электронными денежными средствами и кражи денег с банковского счета являлся предметом рассмотрения КС. Суд признавал, что противоречия существуют, но указывал, что они могут быть разрешены в том числе и толкованием ВС РФ», – рассказал Артем Чумаков.
Частнопрактикующий юрист Кирилл Кравченко подчеркнул, что вопрос, рассмотренный КС РФ, имеет огромную практическую значимость, поскольку абсолютно в каждом административном деле суд или административный орган обязан установить, не истек ли срок давности привлечения к административной ответственности. По его мнению, регулирование, которое ввел КС РФ до принятия необходимого закона, однозначно свидетельствует о соблюдении прав, законных интересов и гарантий для лиц, привлекаемых к административной ответственности, поскольку оспариваемая норма истолкована, по сути, в пользу таких лиц.
Вместе с тем эксперт полагает ошибочным признание и истолкование оспариваемого законоположения в пользу правильности исчисления сроков давности привлечения к административной ответственности со дня, следующего за днем совершения правонарушения. «В таком случае непонятно, как вообще возможно пресечь административное правонарушение (например, если пресечение осуществляется со стороны сотрудников полиции, исходя из их полномочий, установленных п. 11 ч. 1 ст. 12 Закона о полиции), если – по такой логике – правонарушения еще нет и пресекать нечего. На мой взгляд, исчисление срока давности, о котором идет речь в ч. 1 ст. 4.5 КоАП РФ, со дня фактического совершения административного правонарушения согласуется с примечанием к ст. 4.8 КоАП РФ», – считает Кирилл Кравченко.
Читайте также
Противоположные решения
Почему судебная и судебно-арбитражная практика по-разному понимают положения о сроках давности
25 июня 2020 Мнения
Адвокат АП Санкт-Петербурга Никита Тарасов отметил, что поставленная перед КС проблема актуальна и была на повестке дня достаточно давно.
«Многие практикующие юристы среди всех отечественных процессуальных кодексов отмечают КоАП РФ как самый неудачный. Например, в нем даже не закреплен принцип состязательности и равноправия сторон (по аналогии со ст. 15 УПК РФ), что на практике приводит к тому, что суд де-факто может осуществлять не свойственную ему функцию обвинения лица, привлекаемого к административной ответственности», – указал он.
Никита Тарасов особо отметил, что Конституционный Суд устранил имевшуюся правовую неопределенность в отношении дня, начиная с которого надлежит исчислять срок давности привлечения к административной ответственности, установив его, не дожидаясь внесения законодателем изменений в КоАП РФ. По его мнению, данное постановление в очередной раз подчеркивает особую роль КС не только в толковании права, но и в прямом правовом регулировании правоотношений.
Управляющий партнер КА «Минушкина и партнеры» Анна Минушкина указала, что рассмотренный КС вопрос действительно является спорным, поскольку, несмотря на разъяснения, данные в Постановлении Пленума № 5, единообразная судебная практика по вопросу исчисления сроков давности привлечения лиц к административной ответственности не сложилась.
«Судами в отношении юридических лиц срок давности привлечения к административной ответственности исчисляется со дня совершения административного правонарушения, в то время как срок давности привлечения к административной ответственности физического лица исчисляется со следующего дня после совершения административного правонарушения», – заметила эксперт.
Анна Минушкина отметила, что произвольное определение дня, с которого начинает исчисляться срок давности привлечения к административной ответственности, влияет на судьбу привлекаемого лица. Так, отсутствие закрепленного в законодательстве конкретно определенного временного промежутка способствует неоправданно длительному пребыванию совершивших административное правонарушение лиц (как физических, так и юридических) под угрозой возможности административного преследования и применения административного наказания, пояснила эксперт.
Срок давности привлечения к административной ответственности по КоАП РФ
Сергей Сергеев
Юрист, г.
Нижняя Тура
Срока исковой давности для административных правонарушений не существует, Вас наверно интересует срок привлечения к административной ответственности?
Какие именно нарушения за Вами «числятся»?
Александр Горяинов
Юрист, г. Оренбург
Добрый день.
Если это не статьи 12.8, 12.24, 12.26, часть 3 статьи 12.27, часть 2 статьи 12.30 КоАП РФ — давность привлечения к административной ответственности составляет максимум 3 месяца (в зависимости от существа правонарушения и возможного наказания).
По истечении срока давности привлечения к административной ответственности постановление о привлечении вынесено быть не может.
Исковая давность — гражданско-процессуальное понятие. К административным правонарушения отношения не имеет.
Если же вас интересует срок обжалования — то 10 дней с момента получения постановления лицом, привлеченным к административной ответственности.
Давность исполнения постановления — 2 года. Срок прерывается при уклонении от наказания.
С уважением,
Нина Мысник
Юрист, г. Москва
Здравствуйте!
Согласно Кодексу об административных правонарушениях РФ:
Статья 31.9. Давность исполнения постановления о назначении административного наказания
1.
Постановление о назначении административного наказания не подлежит
исполнению в случае, если это постановление не было приведено в
исполнение в течение двух лет со дня его вступления в законную силу.
Зайдите на сайт Федеральной службы судебных приставов, чтобы проверить были ли переданы материалы приставам.
Андрей Фролов
Юрист
дравствуйте!
Согласно п. 2 ст. 29.11 КоАП РФ,
2. Копия постановления по делу об административном правонарушении вручается под расписку физическому лицу, или законному представителю физического лица, или законному представителю юридического лица, в отношении которых оно вынесено, а также потерпевшему по его просьбе либо высылается указанным лицам по почте заказным почтовым отправлением в течение трех дней со дня вынесения указанного постановления.
Поэтому должны были выслать. То есть его либо не вынесли, либо вынесли и направили, но Вы его не получили и письмо вернулось без доставки адресату.
Вместе с тем, в соответствие со ст. 4.5. КоАП РФ,
1. Постановление по делу об административном правонарушении не может быть вынесено по истечении двух месяцев (по делу об административном правонарушении, рассматриваемому судьей, — по истечении трех месяцев) со дня совершения административного правонарушения
Ярослав Цветков
Юрист, г. Ижевск
Здравствуйте!
Сроки исковой давности по административным нарушениям определяются статьями 4.5-4.6 КоАП РФ.
Любое постановление по делу об административном правонарушении не может быть вынесено по истечению 2х месяцев (исключением являются дела, рассматриваемые судом, тогда срок в три месяца) с момента совершения административного нарушения, а за нарушение законодательства РФ по истечении одного года со дня совершения правонарушения.
Статья 31.9. Давность исполнения постановления о назначении административного наказания.
1. Постановление о назначении административного наказания не подлежит исполнению в случае, если это постановление не было приведено в исполнение в течение двух лет со дня его вступления в законную силу.
Отдельно по самым распространенным нарушениям — штрафы за нарушения ПДД. Срок составляет 1 год.
После получения квитанции о штрафе ее можно обжаловать в течение 10 дней.
Если этого не произошло, обозначенная сумма должна быть выплачена в срок до 30 дней, а квитанция об оплате направлена в орган, вынесший постановление. В противном случае дело может быть направлено судебным приставам или в суд, что грозит увеличением суммы штрафа или административным арестом на 15 суток.
С уважением,
Ярослав Цветков.
Сергей Мышьяков
Юрист, г.
Санкт-Петербург
Срок вынесения постановления по делу об административном правонарушении- 1 год со дня совершения административного правонарушения:
ч.1 ст. 4.5 КоАП РФ:
Постановление по делу об административном правонарушении
не может быть вынесено по истечении двух месяцев (по делу об административном
правонарушении, рассматриваемому судьей, — по истечении трех месяцев) со дня
совершения административного правонарушения, за нарушение законодательства
Российской Федерации… о
безопасности дорожного движения (в части административных правонарушений,
предусмотренных статьями 12.8, 12.24, 12.26, частью 3 статьи 12.27, частью 2
статьи 12.30 настоящего Кодекса)… по истечении одного года со дня совершения административного
правонарушения.
Давность привлечения- в течении 2 лет, следовательно, на вас лежит обязанность исполнить постановление.
Руслан Григорьев
Юрист, г.
Рыбинск
Здравствуйте!
От 2 месяцев до года в зависимости от правонарушения. Вы что нарушили?
Руслан Кохов
Юрист
Здравствуйте!
Постановление об административном правонарушении не получал но в базе данных ГИБДД значится правонарушение в ноябре 2013 г Каков срок исковой давности с момента нарушени ПДД?
Вам необходимо получить копию постановления по делу об административном правонарушении под роспись. С этого времени у Вас 10 дней на его обжалование. В любом случае согласно ч. 1 ст. 4.5. КоАП РФ, регламентирующей, Давность привлечения к
административной ответственности, постановление по делу об административном правонарушении
не может быть вынесено по истечении двух месяцев (по делу об административном
правонарушении, рассматриваемому судьей, — по истечении трех месяцев) со дня
совершения административного правонарушения, за нарушение законодательства
Российской Федерации об экспортном контроле, о внутренних морских водах,
территориальном море, континентальном шельфе, об исключительной экономической
зоне Российской Федерации, патентного, антимонопольного, валютного
законодательства Российской Федерации и актов органов валютного регулирования,
законодательства Российской Федерации в области охраны окружающей среды и
природопользования, законодательства об энергосбережении и о повышении
энергетической эффективности, законодательства Российской Федерации об охране
здоровья граждан, в области санитарно-эпидемиологического благополучия
населения, о защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и (или)
развитию, о безопасности дорожного движения (в части административных
правонарушений, предусмотренных статьями 12.
8, 12.24, 12.26, частью 3 статьи
12.27, частью 2 статьи 12.30 настоящего Кодекса), …. по истечении одного года
со дня совершения административного правонарушения…, в редакции действовавшей
на ноябрь месяц 2013 года.
Все зависит от статьи КоАП РФ, из указанного разберетесь, исходя из того, кто рассмотрел дело, то есть вынес постановление.
Желаю удачи.
Алексей Микрюков
Юрист
Здравствуйте, Анатолий.
Небольшой вопрос об уточнении. Ваша машина по какому адресу зарегистрирована в ГИБДД? Вы проживаете по месту регистрации или в другом месте?
Разъясню свои вопросы.
Если автомобиль Ваш стоит на учете в другом ГИБДД, или Вы зарегистрированы (прописаны) в другом месте чем где Вы проживаете, то Извещение о нарушении ПДД и о возбуждении дела об административном правонарушении придет по месту регистрации.А о штрафе можно узнать через сайт ГИБДД.
И там же задать вопрос (на который они не могут не ответить) о Вашей ситуации.
Туда же и «письмо счастья» могло придти.
Поэтому, если Вы проживаете в другом месте, то тогда нужно проверять почтовый ящик по месту регистрации… ))
С уважением, Микрюков Алексей.
Когда административное действие запрещено трехлетним сроком давности Закона Додда-Франка? Никогда, согласно CFPB | ТОО Дорси энд Уитни
Корпоративные ответчики имеют право на защиту, обеспечиваемую законом об исковой давности, который запрещает иски за давно прошедшее поведение и является «жизненно важным для благосостояния общества». См. , , например, ., Gabelli v. S.E.C ., 133 S. Ct. 1216, 1221 (2013) (внутренняя цитата опущена). Политика, способствующая ясности в отношении того, когда прекращаются усилия по обеспечению соблюдения, проявляется в сроках давности, которые предназначены для «содействия справедливости путем предотвращения неожиданностей путем возрождения исков, которым было позволено дремать до тех пор, пока доказательства не будут потеряны, воспоминания не исчезнут, а свидетели не исчезнут».
исчезнувший.» Идент. Когда истцом является правительство, ожидание своевременности, естественно, более разумно, учитывая, что, в отличие от частных лиц, правоохранительные органы тратят свои дни на поиск доказательств и имеют множество мощных инструментов для выявления неправомерных действий.
Однако недавно Бюро финансовой защиты прав потребителей (CFPB) удвоило свою позицию, согласно которой срок исковой давности неприменим к принудительным действиям, возбужденным в рамках определенной категории разбирательств. Уполномочивающий закон CFPB требует, чтобы любое «иск» в соответствии с этим законом был подан в течение «3 лет после даты обнаружения нарушения, к которому относится иск». 12 США § 5564(г)(1). Тем не менее в прошлом году в деле, касающемся предполагаемых нарушений Закона о процедурах расчетов с недвижимостью группой лиц в сфере ипотечного кредитования, директор Ричард Кордрей пришел к выводу, что административные разбирательства не подпадают под действие трехлетнего срока давности раздела 1054.
Директор пояснил, что термин «иск» использовался в Разделе 1054, в котором основное внимание уделяется судебным искам, тогда как настоящий административный иск против компаний был подан в соответствии с Разделом 1053. Поскольку Раздел 1053 не содержит явного срока исковой давности, Директор пришел к выводу. что срок исковой давности в разделе 1054 не применяется к заявленным требованиям. См. PHH Corp., et al ., 2014-CFPB-0002, Решение директора от 10–11 (4 июня 2015 г.). Компании подали апелляцию в окружной суд округа Колумбия. Устные прения назначены на 12 апреля.
По следам этого дела CFPB сохранил свою позицию в отдельном действии. 18 ноября 2015 года CFPB подал иски о несправедливых, вводящих в заблуждение или оскорбительных действиях, совершенных Integrity, онлайн-компанией по потребительским кредитам, и ее бывшим генеральным директором. См. Integrity Advance LLC и др. ., 2015-CFPB-0029, Уведомление об обвинениях (19 июня 2015 г.). В ответ на ходатайство об отклонении исков с истекшим сроком давности в соответствии с разделом 1054 CFPB снова заявил, что термин «иск» предназначен для обозначения «гражданских исков в суде, а не административных разбирательств, подобных этому».
Согласно CFPB, каким бы ни был срок исковой давности для целей гражданского судопроизводства, административное разбирательство не связано сроком давности статьи 1054.
Integrity ответила, что это прочтение поставит форму выше содержания, потому что CFPB фактически может аннулировать срок давности, решив подать в административном порядке, а не в федеральный окружной суд. Integrity также утверждала, что термин «иск», используемый в других частях уполномочивающего закона, лег в основу полномочий CFPB по возмещению расходов или заявлению требований UDAAP в рамках административного разбирательства. Таким образом, общее использование в законе термина «иск» показывает, что этот термин не ограничивается судебными исками, но также применяется к административному производству. По мнению Integrity, CFPB неправильно и непоследовательно интерпретировал термин «иск», чтобы оправдать предъявление исков с истекшим сроком давности. Судья по административным делам в 9Дело 0005 Integrity еще не вынесло решение по этому вопросу.
Однако интересный вопрос, который не рассматривается в Integrity , заключается в том, как трехлетний срок давности по разделу 1054 взаимодействует с федеральным «универсальным» пятилетним сроком давности для любого «действия» или «процесса» для применение гражданских наказаний, изложенных в 28 U.S.C. § 2462. Этот пятилетний срок исковой давности был признан применимым к административным производствам (в дополнение к судебным искам). См. , напр. , 3M Co. против Browner , 17 F.3d 1453, 1455-57 (округ округа Колумбия, 1994 г.) (постановление, что 28 USC § 2462 применяется к административным разбирательствам). Хотя в первоначальном постановлении PHH был отмечен срок исковой давности в соответствии с разделом 2462, поскольку ни одна из сторон не подняла его, Суд не вынес решения о его применимости. Судам еще предстоит определить, применяется ли Раздел 2462 к искам, поданным CFPB. В будущем стороны, взаимодействующие с CFPB, должны знать, что, независимо от того, может ли CFPB настаивать на том, что трехлетнее ограничение по статье 1054 не применяется к административным разбирательствам, в любом случае корпоративные ответчики могут ссылаться на 28 U.
S.C. Пятилетний срок исковой давности § 2462, по крайней мере, в любом иске, требующем гражданской ответственности.
До тех пор, пока эти сложные вопросы не будут решены, финансовые учреждения должны быть готовы к тому, что CFPB — если суды не сдержат его — будет продолжать возбуждать административные дела задолго до истечения трехлетнего периода, предусмотренного в уставе CFPB.
Срок давности, применяемый к CFPB
Коротко
- Срок исковой давности CFPB в отношении соблюдения запрета на недобросовестные, вводящие в заблуждение или оскорбительные действия или действия составляет три года после «даты обнаружения нарушения, к которому относится действие». В этой статье основное внимание уделяется правилу обнаружения в сроке давности CFPB.
- Какие проблемы возникают при применении правила обнаружения к государственным субъектам и каковы возможные стандарты правил обнаружения?
- Хотя CFPB предпочитает стандарт X, лучшим толкованием срока исковой давности CFPB будет применение стандарта уведомления о запросе.
Существенные полномочия Бюро финансовой защиты потребителей (CFPB) недавно вновь привлекли к себе внимание после решения Верховного суда США по делу Seila Law LLC v. 9.0054 ЦФПБ . В этом деле было установлено, что CFPB был устроен неконституционно и что директор может быть смещен по желанию президента. Принимая это решение, суд обсудил полномочия CFPB использовать «принудительную силу государства для воздействия на миллионы частных лиц и предприятий, налагая штрафы на миллиарды долларов посредством административных судебных решений и гражданских исков». Эти полномочия включают в себя обеспечение соблюдения широкого запрета на недобросовестные, вводящие в заблуждение или злоупотребления действиями или практикой (UDAAP) в операциях потребительского финансирования. Хотя суд реформировал полномочия президента по отстранению от должности, CFPB сохраняет эту огромную власть над обширными сегментами экономики.
Одна проверка Конгресса, наложенная на CFPB, является сроком давности полномочий UDAAP CFPB.
Этот срок исковой давности начинается от трех лет «с даты обнаружения нарушения, к которому относится иск» (CFPB SoL). CFPB неоднократно пытался ограничить эту проверку своих полномочий, в том числе заявляя в суде, что сроки исковой давности не применяются к административным действиям, узко толкуя ЗС CFPB в своих административных решениях, а также приводя доводы в пользу такого узкого толкования в федеральных корт.
В этой статье основное внимание уделяется правилу обнаружения в CFPB SoL. В нем обсуждаются вопросы, возникающие при применении правила раскрытия информации к государственным субъектам, исследуются возможные стандарты правила раскрытия информации, рассматривается предпочтительный стандарт CFPB и делается вывод о том, что в наилучшем прочтении CFPB SoL будет применяться стандарт уведомления о запросе.
I. Проблемы, связанные с применением правила раскрытия информации к государственным учреждениям
Применение закона об исковой давности и правила раскрытия информации к правительству вызывает вопросы толкования закона и проблемы политики, которые обычно не возникают в частных судебных процессах.
В SEC v. Gabelli , Верховный суд признал сложность определения того, когда правительство знало или должно было знать о нарушении. Возникают следующие вопросы: (1) кто является соответствующим государственным деятелем, когда в агентствах работают сотни сотрудников, десятки офисов и несколько уровней руководства; (2) является знанием одного агентства или лица, приписываемого всему правительству; (3) какую роль играют приоритеты ведомства и ограниченность ресурсов в определении момента, когда достаточно добросовестный истец из ведомства обнаружил бы нарушение; и (4) какой процесс раскрытия информации суды должны разрешить для ответчиков с истцами от правительства и какие привилегии принадлежат правительству, включая привилегии правоохранительных органов и совещательного процесса?
Кроме того, в отличие от отдельной жертвы, которая полагается на очевидную травму, чтобы узнать о правонарушении, и не «живет в состоянии постоянного расследования», «самая цель правоохранительного органа состоит в том, чтобы искоренить» неправомерные действия регулируемых организаций.
У правоохранительных органов также есть «множество юридических инструментов, которые помогут в этом». Кроме того, государственные органы, требующие применения гражданских санкций, добиваются иной правовой защиты, чем частные истцы, требующие возмещения ущерба.
Недавний акцент Верховного суда на исключительной силе принуждения CFPB демонстрирует значение следственных и карательных органов CFPB. В результате есть веский аргумент в пользу того, что ЗОЛ CFPB следует применять относительно широко. Однако Верховный суд также иногда строго истолковывал сроки исковой давности в пользу правительства, что создает напряженность в судебной практике Верховного суда в отношении применения сроков давности к действиям правительства.
Эти соображения служат основой для дальнейшего обсуждения различных стандартов правил обнаружения и их применения к правоприменительным действиям правительства.
II. Правило обнаружения: уведомление о запросе и стандарты фактического или конструктивного уведомления
«Открытие» имеет несколько возможных значений, и существует три стандарта правил обнаружения: фактическое знание, фактическое или конструктивное знание и уведомление о запросе.
В обычном использовании термин «обнаружение» относится только к фактическим знаниям и может, в исключительных обстоятельствах, относиться только к фактическим знаниям в контексте сроков давности. Исторически, однако, при использовании в контексте сроков давности в судебных разбирательствах между частными сторонами «открытие» относится как к фактическим, так и к конструктивным знаниям. Для стандарта фактических или конструктивных знаний срок исковой давности начинается, когда истец получил фактические знания или должен был получить знания о фактах, лежащих в основе претензии, что может произойти через некоторое время после начала расследования существования потенциальной претензии.
В соответствии со стандартом уведомления о расследовании срок исковой давности начинается с даты, когда истец получает фактические сведения о фактах, послуживших основанием для иска , или уведомления о фактах , которые при проявлении разумного усердия привели бы к фактическим сведениям.
В соответствии с этим стандартом уведомления о фактах, которые должны инициировать расследование, достаточно для истечения срока исковой давности, даже если факты, лежащие в основе претензии, не будут обнаружены до определенного времени в будущем.
A. Стандарт уведомления о запросе
До Gabelli суды в некоторых округах применяли стандарт уведомления о запросе к правоприменительным мерам для наказания за мошенничество. Например, в деле SEC против Koenig Седьмой округ постановил, что пресс-релизов, хотя и не описывающих подробностей поведения, послужившего основанием для иска, было достаточно, чтобы уведомить SEC о необходимости расследования. Суд также отметил, что при некоторых обстоятельствах публичное объявление может не потребоваться для начала течения срока давности, например, если информация уже могла быть найдена путем разумного расследования.
Комиссия по ценным бумагам и биржам против Фишера также обсуждала стандарт уведомления о расследовании.
В Fisher Комиссия по ценным бумагам и биржам подала жалобу 9 августа 2007 г., утверждая о нарушениях законов о ценных бумагах в отношении ложных и вводящих в заблуждение финансовых отчетов, сделанных для инвесторов в период с 1999 по 2002 г. о финансовых результатах компании, связанных с тарифным планом, основанным на результатах.
18 и 19 июля 2002 г. компания выпустила пресс-релиз, в котором сообщалось, что были сделаны заявления о возможных нарушениях в связи с бухгалтерским учетом компании, связанным с тарифным планом, основанным на результатах. В этом выпуске указывалось, что будет проведено независимое внутреннее расследование. В течение июля компания публично публиковала дополнительную информацию. 14 августа 2002 г. компания подала в SEC документы, указывающие на то, что предыдущие документы за 2001 г. не были точными. В период с июля по октябрь 2002 г. несколько частных истцов подали групповые иски, а в октябре компания выпустила пресс-релиз с изложением результатов независимого расследования.
Комиссия по ценным бумагам и биржам утверждала, что срок исковой давности не начинал течь до октября 2002 года, когда компания опубликовала результаты внутреннего расследования, поскольку до этого момента Комиссии по ценным бумагам и биржам не были известны все факты, необходимые для подачи иска.
Суд отклонил этот довод. Суд обсудил, что, если это применимо, правило раскрытия информации применяется на основании того, когда SEC узнала достаточно фактов, чтобы позволить ей в ходе дальнейшего расследования подать в суд в течение срока давности. Согласно этим фактам, эта дата была 19 июля., 2002 г., поскольку 18 и 19 июля 2002 г. компания выпустила пресс-релизы, в которых сообщалось достаточно фактов, чтобы «уведомить Комиссию о возможном нарушении».
Суд пришел к выводу, что правило раскрытия информации требует, чтобы истец начал «дальнейшее расследование» после получения уведомления, необходимого для «подстрекательства [истца] к проведению расследования» и предоставления истцу возможности завершить расследование в течение срока исковой давности.
Это не требует, чтобы истец был осведомлен обо всех фактах, необходимых для подачи иска, то есть расследование происходит «после того, как начинаются часы ограничений». Суд пришел к выводу, что это правило особенно подходит для агентства, которое «имеет возможность проводить эффективное расследование».
В результате, если суд применяет стандарт уведомления о расследовании к CFPB SoL, срок исковой давности начинается, когда CFPB получает фактическую или конструктивную информацию о фактах, вызывающих достаточные подозрения, чтобы заставить разумное лицо провести расследование для защиты своих законных прав, включая публичные заявления о поведении.
B. Фактическая или предполагаемая информация: в контексте частного судебного разбирательства,
Merck & Co. Уведомление о расследовании не применяется к закону, касающемуся «обнаружения» В Merck & Co. инвесторы подали в суд на фармацевтическую компанию за мошенничество с ценными бумагами, утверждая, что Merck умышленно искажала информацию о рисках сердечных приступов, связанных с использованием Vioxx.
На претензии распространяется срок исковой давности от двух лет «после обнаружения фактов, составляющих нарушение». Окружной суд постановил, что некоторые публичные исследования и заявления компании и FDA побудили истцов к расследованию, чтобы «рассмотреть дальнейшие действия», что привело к истечению срока давности. Третий округ отменил это решение, мотивируя это тем, что, хотя эти события представляли собой «штормовые предупреждения», они «не давали особых научных предположений и, следовательно, не требовали от истцов «уведомления о расследовании», требующего от них дополнительных расследований».
Верховный суд утвердил в соответствии с иным толкованием срока давности. Суд постановил, что термин «обнаружение» в этом статуте относится как к фактическому обнаружению истцом определенных фактов, так и к фактам, которые мог бы обнаружить достаточно добросовестный истец, отметив, что апелляционные суды «единогласно» с этим согласились.
Однако суд отклонил доводы Merck, в том числе о том, что «уведомление о расследовании» было достаточным для истечения срока давности.
Суд пришел к выводу, что уведомление о расследовании относится к моменту, когда факты заставят разумно прилежного истца провести дальнейшее расследование, но что этот момент «не обязательно», когда истец уже обнаружил бы факты, составляющие нарушение. Тем не менее, в законе упоминалось об «обнаружении», и ничто не указывало на то, что срок исковой давности может начаться когда-то до обнаружения, например, когда разумный истец начал бы расследование.
Хотя Суд отклонил стандарт уведомления о дознании, он признал, что стандарты уведомления о дознании «могут быть полезны в той мере, в какой они определяют время, когда факты побудили бы достаточно прилежного истца начать расследование».
Merck & Co обеспечивает убедительное законодательное толкование термина «обнаружение» в соответствии со стандартным сроком давности, применимым к частным сторонам.
III. Случаи толкования «обнаружения» в CFPB SoL
Только несколько районных судов, а не окружные суды, применяли SoL CFPB, и их применение различалось.
Важно отметить, что некоторые предполагали, что может применяться стандарт уведомления о расследовании, но один требовал, чтобы CFPB имел фактическую или конструктивную информацию о фактах, составляющих нарушение.
В Ocwen ответчик утверждал, что трехлетний период SoL CFPB истекал 20 апреля 2014 г. и что в жалобе CFPB утверждалось, что незаконная деятельность Ocwen прекратилась в 2013 г. Суд определил, что датой обнаружения была дата, когда CFPB «получил [ред] фактическое знание фактов, послуживших основанием для иска» или извещение о фактах , которые при проявлении разумного усердия привели бы к фактическому знанию». В жалобе не утверждалось, когда CFPB обнаружил эти незаконные действия. В связи с этим возник вопрос о том, когда истекает срок исковой давности. Суд отклонил ходатайство об отклонении без дальнейшего обсуждения того, что Оквен должен будет показать, чтобы удовлетворить правило открытия.
Хотя Ocwen предлагает стандарт уведомления о запросе, он применяет этот стандарт к фактам.
Точно так же NDG Financial использует тот же стандарт, но не экстраполирует время обнаружения.
В деле Nationwide, суд применил фактический или конструктивный стандарт знаний. Там ответчики утверждали, что срок исковой давности начал течь 3 марта 2012 года, когда в CFPB поступила жалоба потребителей на вводящий в заблуждение маркетинг. CFPB подал жалобу, связанную с вводящим в заблуждение маркетингом, более чем через три года, 11 мая 2015 года. Суд отклонил позицию о том, что «простое получение жалобы потребителя может привести к истечению срока давности в отношении [] CFPB», посчитав ее «необоснованной». по авторитету и. . . неработоспособным». Вместо этого эта жалоба потребителя в лучшем случае уведомила CFPB о том, что он должен начать расследование, но «не начала автоматически течение срока исковой давности». Чтобы срок исковой давности начал течь, CFPB должен «впоследствии обнаружил или достаточно прилежный истец обнаружил бы факты, составляющие нарушение».
плюс месяцы с 3 марта 2012 г. по 10 мая 2012 г.». В результате акция не была просрочена.
Nationwide предоставляет наиболее подробный анализ значения слова «обнаружение» в CFPB SoL, в значительной степени опираясь на Merck & Co . Однако, ссылаясь на Merck & Co. , Nationwide не рассматривал вопрос о том, должен ли стандарт, применимый к частному праву на иск, применяться идентично к CFPB.
Как указывалось выше, Верховный суд в деле Gabelli — со ссылкой на Merck & Co — поднял вопросы о том, как применять правило раскрытия информации в контексте действия правительства, отметив, что «мы никогда не применяли правило раскрытия информации в этом контексте, когда истец не является обманутой жертвой, требующей компенсации, а вместо этого Правительство возбуждает исполнительный иск в отношении гражданско-правовых санкций». Хотя CFPB SoL прямо включает правило раскрытия информации, вопросы Суда в Gabelli предполагают, что может быть оправдана другая заявка, особенно потому, что агентство может потребовать гражданской ответственности.
IV.
Integrity Advance : Судья по административным делам CFPB постановил, что CFPB SoL не инициируется, если CFPB не имеет фактических знанийРешение судьи по административным делам CFPB (ALJ) в Integrity Advance пошло еще дальше, требуя, чтобы CFPB имел фактические знания, чтобы инициировать период ограничения. Сначала судья по административным делам обратился к Merck & Co. , сделав вывод о том, что в нем не обсуждалось «или разумно не распространялось на контекст дела с участием истца из государственного учреждения».
Суд по административным делам затем признал, что в Gabelli Верховный суд «выразил обеспокоенность» по поводу того, что ответчики подвергались принудительным действиям со стороны правительства в течение неопределенного периода, и отметил трудности с применением правила раскрытия информации к государственным истцам. Затем ALJ отметил, что CFPB SoL включает слово «обнаружение», но не фразу «или должен был знать», подразумевая, что Конгресс не стремился к тому, чтобы конструктивного открытия было достаточно.
В результате судья по административным делам пришел к выводу, что применяется фактический стандарт уведомления.
Как обсуждается ниже, фактический стандарт уведомления не в полной мере решает проблемы, поднятые Верховным судом в отношении применения стандартов раскрытия информации к государственным учреждениям.
V. Применение стандарта уведомления о расследовании к CFPB SoL создает работоспособный стандарт, который удовлетворяет цели Статута и учитывает полномочия правительства добиваться наказания
Наилучшее прочтение CFPB SoL будет интерпретировать статут как введение стандарта уведомления о расследовании требований CFPB UDAAP.
Как правило, фактический или конструктивный стандарт знания применяется, когда срок давности налагает правило обнаружения, но бывают случаи, когда этот стандарт не подходит. Собственное решение судьи по административным делам CFPB пришло к выводу, что CFPB SoL представляет собой такое обстоятельство из-за трудностей, которые стандарт может создать в контексте правоприменительных действий правительства.
Фактический или конструктивный стандарт знаний будет включать все проблемы, выявленные Габелли суд. Что наиболее важно, фактический или конструктивный стандарт уведомления не будет устанавливать «фиксированную дату, когда прекращается воздействие определенных усилий правительства по обеспечению соблюдения», тем самым «продвигая» основные правила всех положений об ограничениях: отдых, устранение просроченных претензий и уверенность в отношении истца. возможность взыскания и потенциальные обязательства ответчика».
Как и в случае Gabelli , обвиняемые будут «подвергаться принудительным действиям правительства не только в течение [трех лет] после их проступков, но и в течение дополнительного неопределенного периода в будущем. Отдых будет зависеть от предположений о том, что правительство знало, когда оно это знало и когда оно должно было это знать». Такое правило «помешало бы основной цели отдыха, лежащей в основе самого понятия срока давности».
Даже если фактический или конструктивный стандарт знаний достигает цели правила раскрытия информации, он все равно не работает в контексте истца государственного учреждения. Кроме того, трудности, с которыми столкнутся суды при определении того, когда агентство должно было обнаружить достаточные факты, гораздо больше для частного лица, столкнувшегося с потенциальным судебным разбирательством. Этот потенциальный ответчик не имеет преимущества принудительного раскрытия знаний и внутренних процессов агентства до тех пор, пока не будет подан иск, если этот материал вообще можно обнаружить.
Эти проблемы решаются только в стандарте уведомления о запросе. В результате это единственный стандарт правила обнаружения, который служит целям срока давности в контексте принудительных действий.
Фактический стандарт знаний представляет многие из тех же проблем, что и фактический и конструктивный стандарт знаний. Суд по-прежнему должен определить, когда агентство обладало знаниями, что включает в себя изучение того, какой государственный чиновник должен иметь соответствующий уровень знаний.
Требуемые знания будут включать анализ всех аспектов претензии, а не простое осознание претензии. Что наиболее важно, не будет фиксированной даты, после которой ответчик больше не будет подвергаться принудительным мерам со стороны правительства. Вместо этого эта дата может постоянно продлеваться до тех пор, пока правительство не будет достаточно осведомлено обо всех фактах, необходимых для подачи иска. Правительство могло даже намеренно отложить определенные расследования до того, как станет известно достаточно фактов, чтобы отсрочить течение срока давности. Даже если суд сочтет такие действия недобросовестными и запретит правительству налагать ограничения в качестве защиты, разграничение недобросовестности и вопросов распределения ресурсов внутри ведомства поставит перед судами сложные вопросы.
Стандарт уведомления о расследовании решает многие из этих проблем, а также учитывает карательную роль CFPB. Срок исковой давности, как правило, легко определяется ответчиком, правительством и судом.